Дакументы: Статут Вялікага Княства Літоўскага 1529. Раздзелы 9-11

Статут Вялікага Княства Літоўскага 1529 г. Раздзелы 9—11.

Роздел девятый. О ловы, о пущи, о бортное дерево, о озера, о бобровые гоны, о хмелища, о сокольи гнезда.

1. Хто бы чии ловы кгвалтом половил.

Тэж уставляем: хто бы чие ловы кгвалтом половил, тогды тому, в чией пущи будеть половил, маеть кгвалт заплатити дванадцат рублев грошей, а на нас, господара, противен маеть заплатити под ценою, который звер будеть половил, яко нижей написано. А естли бы хто стрелцов послал в чужую землю, в пущи або сам украдом звер побил, тогды, естли буде на него доводом слушным переведено, колко зверу убито, таковый маеть звер платити под ценою, нижей описаною. А естли бы стрелца поймано над звером, убитым у пущи, тогды мает веден быти до враду, а с ураду маеть быти на смерть сказан, яко иншие злодеи. А хто бы тэж у своей земли звер погонил, а тот бы звер бег до чужое земли, тогды тот за своим зверем маеть гонити и через чужую землю и можеть свой звер убити в чужой земли. А естли бы хто застрелил звер у своей земли, а тот звер вшол бы в чужую землю, тогды за застрелом своим маеть ити в чужую землю.

2. Цена зверем.

Тэж уставуем цену зверем диким: за зубра дванадцать рублев грошей, за лося шесть рублев грошей, за оленя або за ланю по три рубли грошей, а за медведя три рубли грошей, за коня або за кобылу три рубли грошей, за вепра або за свинью рубль грошей, за серну полкопы грошей, а за рысь рубль грошей.

3. О борти, озера и о сеножати, хто маеть в чией пущи, яко ся мают в том справовати.

Тэж уставуем: которые мають борти свои у пущи нашой господарской або тэж в князской и панской, и в земянской, которым обычаем мают бортей своих вживати. А то тым обычаем: хто маеть борти свои або озера, або сеножати, а при сеножатех лазни в чией пущи, к озеру ему ехати з неводом, а собаки ему не брати ани рогатины, ани жадное стрелбы, чим бы мел зверу шкоду вчинити. А хто мает сеножати в чужой пущи, тот мает сеножатей своих старых вживати, а новых не мает прибавляти; а естли бы старые сеножати его заросли, то может их зася собе ростеребити. А хто маеть борти в чией пущи, бортники, которые мають ходити к их бортем, не мають з собою псов брати ани рогатин, ани иное жадное стрелбы, чим бы мел зверу шкоду вчинити; але бортники толко мают мети сокеру а пешню, чим борти робити. А к сеножатем не мает ни с чим ити, толко з сокирою, чим заросли ростеребити, а с косою, чим ее маеть косити. А веджо тым, которые озера мають в чией пущи, кгды прийдуть зиме озер своих волочити, волно им дров с тое пущи к лазням своим взяти а корыта на рыбу вделати. А тым которые сеножати мають волность на стирту або на стог або одрииу вчинити або огородити. А бортником волно лык на лезиво або лубя на лазбен и на иншие потребы, што бортником на потребы их бортницкие прислушають, иле им потреба будеть; а што может на собе, а не возом вывезти, можеть с пущи чией-колве, в которой борти их будут, взяти. А кгды дерево, в которой борти их будуть, обалит або со пчолами, або без пчол, або хотя дерево не обалить, волно им улей з бортью выпустити, а верхове и коренье того дерева оставите в пущи тому пану, чия будеть пуща. А дерева на будоване и дров за тыми входы нихто с чужое пущи на потребы свои брати не-маеть. А веджо хто мает здавна озера, сеножати або борти в чией пущи, озеры, сеножатми, бортми чужое пущи взяти не можеть; а тот, в чией пущи озера, сеножати и борти будуть, также тых чужих уходов у свою пущу отняты не можеть.

А тот, который пущу свою мает, а чужие борти в его пущи будуть, а кгды пущу свою розробливати всхочеть, не маеть бортем и дереву бортному жадное шкоды вчинити. А естли бы хто, ниву розробливаючи, чие дерево бортное або не бортное деланое, кременное або со пчолами, або без пчол очер або пожаром опалил а шкоду которую тому дереву вчинил, с чого бы мело тое дерево усохнути, тот тому, чиему дереву шкоду вчинит, за то повинен будеть платити подле тое уставы нашое, нижей написаное. А кгды на чием поли дерево бортное чужое будеть, оручи тое свое поле, не маеть чужое борти близко подоривати так, как з борозны осном дерева досягнути можеть. А кгды близко тое дерево подореть, а тое дерево для того всохнеть, тогды тот повинен будеть тое дерево платити тому, чие дерево будет.

4. Хто чужие озера у своей пущи половить и сеножати покосить, што маеть платити.

А хто чужое озеро у своей пущи поволочить, тогды маеть тому, чие озеро будеть, кгвалт платити, а нам, господару, противня, и за рыбу, на чом тот сметь иметь присягнути, што ему шкоды в рыбе станеть. Также естли чужие сеножати у своей пущи хто кгвалтом покосить и, вытискаючи того от его сеножатей, бой вчинить, тогды повинен будет кгвалт платити, а нам, господару, противня; естли ж бою не будеть, а хто сеножати чужие покосить, тогды повинен будеть сено з навязкою вернути.

5. Хто бы в пущи своей застал чиего человека и поймал.

А хто бы у пущи своей застал чиего чоловека и пограбил, тогды за тот грабеж не повинен будеть навязывати; нижли маеть того чоловека и тот грабеж пану на рукоемство дати и до пущи ко пню вести, где пограбил, и шкоды своее на нем доводити. И естли шкоды своее на нем доведеть, тот маеть ему оправити. А естли шкоды ему в пущи не стало, а он безвинне его пограбил, тот грабеж маеть ему навязати.

6. Хто бы мел спор о борти або о входы в пущи а хотел хто кого от бортей и от входов спирати, як мають межи ними право вчинити.

А хто бы мел спор о борть або входы у пущи а хотел хто кого от бортей и от входов спирати а яко-колве чии борти або входы хто завел в чужие руки, яко то много ся здае межи мужиков, иж бчолы для недостатку дани продаеть або по дочце даеть дерево со пчолами зятю в чужое село, а тот на тые пчолы знамена свои наложить и за оным знаменем новым вход в тую пущу мети будеть, а зася того первшого, хто первей был тых уходов в держаньи, вытискал, а спор о том был, тогды мают знамен в дереве заколоти и осмотрети: чие старшое уросшое змамя будет, тому борти и входы сказати мають, а тому, чие новшое знамя будет, сказати мают, абы ся в то не вступал.

7. Хто бы кому озеро або сажовку, або став зволочил.

Тэж уставуем: хто бы кому озеро або сажовку, або став зволочил або ез порубал, таковый мает платити кгвалт и шкоду предся оправити; або тэж млын сказил або греблю перекопал, або млын зжог, а коли бы оный шкодовал, иж млын стоял, а ему плату не было; або бы став выпустил, на што слушный довод вчинить або присягою телесного потвердить, таковый маеть заплатити кгвалт дванадцать рублев грошей а королю дванадцат рублев грошей, и шкоду оправити и млын збудовати.

8. Хто бы кому соколье гнездо сказил або подрубал.

Тэж уставуем: хто бы кому соколе гнездо сказил або подрубал або умысльне сокола под гнездом помкнул, або з гнезда соколы молодые покрал, тогды маеть тому заплатити, чие гнездо, дванадцать рублев грошей, естли бы на него переведено. И тэж, естли бы хто лебединое гнездо сказил або покрал, тогды также дванадцат рублев грошей. И такеж, естли бы хто перевес чужий порубал або сеть с перевеся скрал, дванадцать рублев грошей.

9. О бобровые гоны.

Тэж уставуем: естли бы князьскии або панские, або земянские были гоны бобровые у-в ыншого суседа дедизне, а оный бы пан, в чией дедизне будуть гоны, не маеть сам ани людем своим допустити от старого поля доорати так далеко, как бы мог от зеремяни кием докинути; так же далеко сеножати подкошивати не маеть и лозы теребити. А пак ли бы бобр с того зеремени вышол а подшол у вышшое зеремя, в поле або в сеножати, тогды так жо далеко не маеть поля подорывати и сеножати подкошивати, и лозы теребити, как бы мог от зеремяни кием докинути. А естли бы поля под зеремя подорал або сеножать подкосил, або лозу подрубал а тым бобра выгонил, таковый маеть платити дванадцат рублев грошей, а тому зеремяни предся по тому маеть впокой дати так далеко, яко бы мог кием докинути. А пак ли бы хто кгвалтом бобры побил або злодейским обычаем выкрал, таковый маеть кгвалт платити, а колко будеть бобров убил, тогды маеть платити за карого копа грошей, а за чорного две копе грошей.

10. О хмелища.

Пак ли бы хто хмелища кгвалтом подрал або порубал, хотя у своей дедизне, чужие, а в том на него слушный довод вчинить, таковый маеть кгвалт заплатити, чие хмелища, а противня на нас, господара, дванаддат рублев грошей. А естли бы толко хмель подрал, а не посек, тот маеть платити шкоду з навязкою.

11. О принады пташъи.

Тэж хто бы кому принады порубал, а то бы на него правом переведено, тот маеть тому заплатити, чие принады, дванадцат рублев грошей, а нам, господару, противен.

12. Хто бы принады злодейским обычаем показил.

Хто бы чие принады злодейским обычаем дегтем подмазал або чесноком, а переведено бы то на него правом, тогды мает заплатити, чии принады, три рубли грошей. И тэж тым обычаем, хто бы в кого шатер вкрал, тот маеть заплатити три рубли грошей.

13. Устава, за дерево бортное и небортное што маеть плачоно быти.

Хто бы дерево бортное чужое со пчолами сосну очер або пожаром ожог, або яко-колве сказил, тот за тое дерево и за пчолы повинен будеть платити тому, чие будет, копу грошей, а за дуб по тому ж. А хто бы сосну-пчелницу порубал або сказил, в которой бчолы были, хотя в тот час их не будеть, повинен будеть за нее платити полкопы грошей, а за дуб бчолный, в котором пчолы бывали, по тому ж.

14. Цена бчолам и дереву бортному и небортному.

Хто бы порубал або показил сосну або дуб бортный, в котором ещо бчолы не бывали, або сосну кременную, тот за таковое дерево, иле их сказить, повинен будеть платити по пятнадцати грошей.

Хто кому выдереть бчолы нелажоные, чинячи шкоду, а дерева не казить, тогды повинен будеть за кождые пчолы нелажоные, тыле их кому выдереть, платити по полукопю грошей, а за лажоные по пятнадцати грошей.

<18>. Хто бы кому в гаи зарощоном шкоду вчинил.

Хто бы кому у гаи зарощоном которую шкоду кгвалтом умыслне вчинил або рубал, естли шляхтич шляхтичу, тогды мает ему кгвалту заплатити дванадцат рублев грошей, а шкоду оправити за воз дерева по осми грошей. А естли бы мужик мужику гай кгвалтом порубал а шкоду вчинил, тогды мает заплатити три рубли грошей так, яко бы ему межу переорал, а шкоду оправити. А естли бы хто злодейским обычаем а кому порубал, боярину або мужику, а его бы з лицом з деревом было поймано а лицо бы вынято, тогды мает окупати горло свое. А естли бы самого не поймано, а лицо было вынято, тогды за кождое дерево, которое бы годилося на бервенье яко на клеть, так на избу, по дванадцати грошей; а которое будет ся годити яко на оглобли, так и на дрова, по шести грошей.

<19>. Хто кому сад покрадеть.

Хто бы шляхтичу сад покрал, а на него было бы переведено або з лицом поймано, тот маеть заплатити дванадцат рублев грошей, а мужику три рубли грошей.

<20>. О шацоване земли.

Теж уставуем: коли быхмо мы сами або панове рада наши выслали шацовати именя в которой-колвек речы, тогды мают шацовати под тым способом: служба людей десет коп грошей, земля пустовская пят коп грошей, а пашни дворное бочка земли навозное полкопы грошей, а не навозу полтретядцат грошей, а сеножати на воз сена по пятнадцати грошей; а боры и лесы, которые бы ся годили на пашню и на сеножати, мают по тому ж шацовати; а пущы мают шацованы быти подлуг важности и пожитков земли, каковая земля и пуща пожиточна будеть.

Роздел десятый. О именях, которые ов долзех, и о застави.

1. Хто бы купил именье должное, а тот, хто долг мел, десять лет молчал.

Тэж уставляем, иж коли бы хто купил какое дедицство и держал с покоем, заплативши або не доплативши, а на том же имени хто инший долг мел, первей записаный, поки ещо было не продано, а молчал бы о тот долг десять лет через давность земскую а правом его не искал, тот не маеть того долгу на том имени смотрети, але маеть истца у своих пенезех искати. А естли бы тот не мел чим платити, тогды в том долгу мает его за шию приняти. А естли бы о тот долг до права припозван тот, который имене тое держить, давности земское не омешкавши, тому, подлуг запису его первшого, маеть держане оного дедицства в том же долгу быти присужоно, абы тот, который в держани того дедицства, тот долг маеть заплатити; а тот державца на том, в кого купил, мает ся тых пенезей и кождого иншого накладу дойскивати, а наболей, естли бы того долгу и инших которых-колве накладов на себе не принял в тот час, коли тое дедицство записал.

2. Хто бы именье чужое должное за свои долги взял.

Коли бы хто на вечност именя чиего закупного в недостатку другого о какие долги свои правом перевел, а оное бы имене за обой долг оный стояти могло, тогды тот, который мает болшую суму, так держачий, яко зыскуючий, будет повинен другому меншую суму отложити, а сам оное имене в обеюх сумах держати мает иж до выкупеня через отчича, который с права останет тому именю отчичом. А естли бы тот, который болшую суму маеть, будет ли мети волю, может другому за его пенези спустити або оба иншому могуть заставити в той же суме и тые пенези розделити.

3. О долг на чом хто присягнути маеть.

Тэж уставуем, иж кождый жалобник на шкоды свои, яко-колве ему вделаные, так и на долг властный, на который бы долг листы мел, а стратил, а уставил бы на то годных светков, хто бы тые листы видел, тогды, чим будеть винен ему, маеть тыми светки осветчити, а сам мает на том присягнути, а оный маеть ему то платити, на чом он присягнеть, маеть держано быти. А который бы листы мел на долг, тому без присяги тот долг на лист маеть плачон быти. Уставуем, абы жадин шляхтич и мещанин не позычил вышей десяти коп без листу; а хто бы з шляхты або з мещан один одному позычил вышей десяти коп грошей без листу, а оный ему заприть, тогды право оному не мает допустити, одно на десять коп присягнути, а што будеть вышей десяти коп позычоно без листу, маеть тратити.

4. Коли хто реч заставную в болшой суме заставить иншому.

И тэж коли бы хто реч заставную в болшой суме иншому заставил, а тот, чия реч ест, у кого бы свое застал ку браню их пенезей, которые пенези он або предок его будут на тую реч взяли, маеть его позвати ку праву; а перед правом позвавши а положивши суму пенезей, на записе мененую, свою реч маеть взяти; а тот, который на чужую реч болшую суму дасть, на истцы нехай собе того смотрит, што будеть назвыш первое сумы дал.

5. Кождая застава давности мети не можеть.

Хочем тэж и уставляем, ижбы каждая застава давности земское не мела ани тратить, иж волно будеть всякому дедичу, отложивши перед правом пенязи, а заставленых держаней дедицства своего допустити так за правом своим прирожоным, так тэж яко-колве инак набытым. А коли бы хто имене свое або иншую реч которую-колве свою кому в пенезех зоставил на рок мененый и хотел бы пенязи его ему вернути, а заклад свой к собе взяти, а он бы пенезей своих в него не хотел брати ани закладу его ему поступити, а позван бы был ку праву, абы пенязи свои взял, а он бы на року завитом не хотел стати, тогды жалобник положивши перед врадом пенязи, врад маеть ему дати увязане в имене, и каждый заклад свой з ураду держати маеть. А естли бы оный, который имене або которые иные речи заставным обычаем закупил а на року позваном стал, тогды, взявши пенязи свои и тое заставы тое именя лежачого або рухомых речей, маеть жалобнику поступите подлуг записов и вмовы, жадною давностью не отбываючи. А естли бы кому заставил на рок, тогды естли бы тот жив, а рок пришол, а он не выкупил на рок, тогды оный тую заставу маеть держати аж до другого року, а не маеть окупати аж от року до року. Нижли естли бы тот, хто заставить, умреть, своее заставы не выкупивши, а сын зостанет або ближний, тогды того року не маеть смотрети, але, припозвавши, маеть тот пенязи взяти, а заставы поступити.

6. Рок праву о заставную реч маеть быти положон завитый.

Хочем тэж мети и вставляем то, иж первый рок, с права заложоный, о каждую реч заставленую маеть быти рок завитый под страченем права. А от которого часу позвом будет позван тот, который заставу держить, от того часу не маеть болший именя казити ани вживаня доходов которых-колвек ся уступати; што бы колве после положеня позву из оного именя взял, то все маеть, выкупаючи, ему вернути. Естли бы не мог сам врадник на котором жо року о выкупене заставы быти для которое иное потребы, тогды врадник будет моцон место себе чоловека доброго на суде посадити, который будеть мети зуполна моц о выкупени заставы все судити и сказывати, што право которой стороне принесеть.

7. Коли бы позвал тот, кого застава, того, хто ему заставил.

Коли бы справа была кому о которую реч не дедичную, то ест яко о долг позычоный або о реч рухомую заставленую, тот, который позван ку выправленю тых речей его заставных, на первом, на другом и на третем року не стал, тот свою реч тратить; а тот, которому бы тые речи заставленые, будеть моцон обернута, куды хочеть.

[8] 7. Хто бы што запродал на рок.

Тэж естли бы хто заставил кому рухомую реч на рок под страченьем, а коли бы рок пришол, а тот, хто заставил, не выкупил, тогды тот, хто закупил, может тые речи обернути ку своей потребе на вечность.

[9] 8. Естли бы хто заставил на рок именя, а не выкупил.

Также и имене естли бы хто кому заставил на рок под страченем, тогды естли бы рок пришол, а тот, хто заставил имене и на тот рок не мог выкупити, тогды тот, хто закупил, маеть обослати ближних, а ближние то имене окупили; пак ли ж бы ближние не могли по том обослани и доходу того именя окупити, тогды тот, хто закупил, вечне тое имене одержить.

[10]9. Естли хто заставил кому имене на рок и в листе своем опишет без року не окупати.

Естли бы тэж хто кому заставил имене и написал бы в листе своем, иж мают на тот рок окупити, а коли на тот рок не окуплю, тогды до того ж року маеть держати, ино таковые заставы мают быти держаны подлуг запису.

<11>. О именя заставные на рок.

Теж уставуем: естли бы хто заставил кому именье або люди в которой суме пенязей на рок, а зася пенязей не заплативши, тое именье або люди, што будеть заставил, в него которого отнял до року, тогды мает заплатите кгвалту тому дванадцать рублев грошей, а нам, господару, противень толко ж. А колко будеть до року тые люди, колко их заставил, не робили, тогды за кождый тый день мает платити навязки шесть грошей за того, который будеть мети волю а клячу; а за того, который пеш будеть, мает платити три гроши. Пак ли бы тот, который заставил, хотел тые люди на рок окупити, а тот, который закупил, не хотел пенязей своих взяти, а их поступити, тогды тот мает вижа з ураду, в котором повете будеть, взяти и до него ехати, абы пенязи свои взял; естли ж бы он пенязей взяти не хотел, тогды тот виж тые пенязи воземшы мает до скарбу нашого дати, а его в тые люди увезати.

<12>. Естли бы в люди заставные хто иншый увезался.

Естли ж бы хто иншый в люди заставные або в земли заставленые за иншею причиною увязал, тогды тот истец, который ему заставил, маеть ему очищати; и не очистит ли, сам ему шкоду оправити будет.

Роздел первыйнадцат. О головщины людей путных и мужицкие и паробоцкие.

[1]. Напервей о головщинах путного чоловека и бортника.

Тэж уставуем: хто бы путного чоловека або бортника забил, головщины за путного чоловека дванадцать рублев грошей, а за бортника осм рублев грошей; а хто бы бил путного чоловека або бортника, тогды путному человеку навязки три рубли грошей, а бортнику рубль; а жонам их совито.

[2] 1. О головщины, о навязки ремесных людей.

Золотару, органисте, пушкару, пекарцу, кухару, дойлиде, гахвтару, ковалю, столяру, скляру, соколнику, псарцу, возницы, машталеру, муралю, кравцу, шевцу, гахвтарце, коверницы, бральи — маеть тым всим головщина быти, яко путному слузе, дванадцат рублев грошей. Хотя бы тяглый або неволный был с тых ремесников, тогды ему тая головщина, а навязка рубль.

[3] 2. О бои и о головщины тивунов и приставов, и инших врадников.

Тивуну, приставу, ключнику головщины, хто бы его во враде забил, дванадцать рублев грошей, а навязки их во враде три рубли грошей. А естли бы который тивун або пристав з ураду были выставлены, тогды им головщина и навязка, яко и тяглому чоловеку. А естли бы паробок был во враде в тивунстве або в приставницстве, головщина ему десять коп а навязка рубль до того часу, поки во враде; а естли з ураду вызволены будут, тогды им головщина и навязка, яко паробком.

[4] 3. О головщины и о бои простых людей и паробков.

А коли бы хто мужика тяглого забил, тот мает платити за него головщины десять коп грошей; а за паробка неволного головщины пят коп грошей, а жонце неволной по тому ж головщины.

[5] 4. О бои и раны мужицкие и паробоцкие.

Коли бы хто мужика тяглого ранил або бил, маеть его навязати полтину грошей, а жонце рубль грошей, а паробку полкопы грошей, а жоне его копа грошей.

[6] 5. Жид, татарин хрестьян в неволи мети не мают.

Тэж уставуем: естли бы который жид або татарин которого-колве стану хрестьянина купил або закупил, от того часу приказуем воеводам, старостам, державцам, абы того ся доведывали, кождого хрестьянина от жида або от татарина з неволи вызволяем, а то тым обычаем: естли бы купил на вечность або в купленое жонки его родил, тогды, доросши лет своих, маеть в него выробитца за сем лет, а по семи летех маеть на волю пущон быти. А естли бы жид або татарин закупил в пенезях, тогды уставуем таковым выпуску на кождый год як мужчизне, так невесте полкопы грошей; и до тых часов маеть ему тот закуп служити, поки с тое сумы выробитца. А челедь, которая дана татаром за отца нашого и продков наших, и за нас з дворы нашими, тую челедь они мають держати вечно.

[7] 6. Чоловек волный за жадный выступ в неволю не маеть взят быти.

Тэж уставуем, иж чоловек волный за жадный выступ в неволю не маеть взят быти у вечную в неволю. А естли бы за который выступ выдан был в которой суме, тогды маеть робити а на кождый год выпуску мужику дванадцат грошей, а жонце пятнадцать грошей, естли бы им дано присевок на пожиток их. А естли бы им присевку не давал, тогды мужику на год выпуску пол копы грошей, а жонце двадцать грошей. А естли бы ся сам не мог выробитца, жебы так у великой суме выдан был, тогды дети его мают ся выробити, а выпуску им по тому ж маеть быти.

[8] 7. О выпусканье пенезей закупным людем.

Тэж уставуем: естли бы хто в закупы закупил мужика або жонку, а с ним бы не умовил, што маеть ему присевати або пенезей выпустити, тогды маеть такжо с пенезей оттручоно быти пятнадцать грошей на лето, а жонце десять грошей.

[9] 8. Естли бы чий человек волный або неволный або челядин зашол за другого, а он бы не хотел права дати и его выдати.

Тэж естли бы чий чоловек непохожий або челядин неволный за кого зашол за иного а поведался волным, а оный пан, чий чоловек або челядин, просил в него права раз або два, а оный пан не хотел ему на него права дати, тогды таковый земянин маеть притягнен быти ку праву земскому. И естли тот, чий чоловек непохожий або челядин, зыщеть правом, иж его неволный, а на оного пана, в кого был будеть чоловек, переведеть, иж в него просил права раз и два, а он права не дал, тогды тот маеть навязывати оного чоловека або челядина от того часу, как, от него втекши, в него мешкал, подле уставы тых то прав.

[10] 9. Естли бы у кого челядин втек, а другий, ведаючи заказ, пропустил его доброволне.

Тэж уставуем: естли бы от кого челядин втек, мужик або жонка неволная, а который бы, ведаючи через заказ або заповедь, иж то чужая челядь бежить, и вказал им дорогу або хлеба дал, або их в себе переховал, а то бы на него было переведено, тогды таковый маеть тую челядь отыйскивати; а естли бы не отыйскал, тогды маеть тому, чия челядь, платити.

[11] 10. Естли бы хто сына своего або волного чоловека в неволю продал.

Тэж уставуем: естли бы волного чоловека або сына своего хто продал з голоду в неволю або сам ся для голоду продал в неволю, таковый лист не маеть держан быти, и как голод оминеть, тот чоловек пенезей добывши и ему отдасть, а сам зася волен зостанет. И естли пак хто бы неволного своего продал для голоду або с хлеба дал кому, тогды такий вечне тому маеть быти.

[12] 11. Естли бы хто в голод челядь свою выбил.

Тэж уставуем: естли бы хто в голод челядь свою неволную выбил з двора проч, не хотячи их переховати, а они бы сами в голод перекормилися, таковые вжо не мают быти неволными, але волные. А веджо тым обычаем: иж коли тую челядь выбьеть, тогды ся она маеть оповедити врадником у повете або враднику местскому бурмистру, або их мещаном, иж их выбил; а тые, которым оповедают, мають обослати того пана, чия челядь есть; естли бы их выбил вон, не хотячи их кормити, тогды оная челядь вжо вечне маеть быти волна.

[13] 12. Неволницы мають быти четвераких причин.

Тэж уставляем, иж неволницы мають быти четвераких причин: первые, которые здавна в неволи суть або з неволных ся родили; другие, которые полоном заведены суть з земли неприятелское; третее, коли бы на смерть сказаны кому, окроме злодейства, а оные бы просили того, кому сказаны, жебы их не губил, а давали бы ся в неволю, а он бы их не губил, таковые в неволи мають быти и дети их, которые потом будуть родити; четвертое, коли бы сами ся в неволю подали, а хто бы, ведаючи жонку неволную, хотя чоловек волный, ее понял, тогды и сам в неволю маеть быти и дети их, будуть мужского або женского стану; тым же обычаем и жонка маеть быти, естли бы за неволного пошла ведаючи, тогды и сама в неволю подается и дети их.

<14>. К навезкам о приказ слуги.

Естли бы хто кому приказал слугу, а тот слуга, шкоду вчинившы тому пану своему, от него проч втек, тогды тот, который ему приказал, повинен будет его ку праву поставити, а суди мают ему рок зложити, на который маеть его доискавшися и ку праву поставити. Естли ж бы он на тот рок, который суди положат, того не поставил, тогды он сам повинен будет тую шкоду оправовати, на чом он слушный довод учинить. А естли бы ся потом тому пану, в кого слуга втечет, пригодило видети на торгу або поткати на дорозе, тогды вже он сам не мает его имати, нижли маеть смотрети того приказцы своего.

<15>. О слугу неприказного, естли бы пану своему зашкодил.

Естли бы мел слугу неприказного, а он, ему шкоду вчинившы, проч втек, тогды он, где-колве его увидит або споткает, его мает поймати и вести до права и перед правом мает шкоды своее доводити.

© Валерый Пазднякоў, 2010, 2015